По крайней мере, когда нужно вовремя остановиться и
что-нибудь выбрать. Научное исследование на эту тему позволяет
переосмыслить самое распространенное психическое расстройство.
- Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
Тоска, апатия, плохой аппетит — можно долго и скучно
перечислять отрицательные следствия клинической депрессии. И мне, как
человеку маниакально-депрессивного склада, они тоже отчасти знакомы. Но
куда больше меня занимает положительная сторона дела: оказывается,
есть и такая. По крайней мере, так утверждают в своей работе ученые из университетов Базеля, Кларксона, Стэнфорда, Мюнхенского технического, а также из берлинского госпиталя Charité.
В их эксперименте страдающие клинической депрессией и здоровые люди общим числом чуть более полусотни играли в кадровиков. Это так называемая secretary problem («задача о секретаре»): каждый участник должен был просматривать одного за другим кандидатов на некую воображаемую должность и стараться выбрать лучшего. При этом они не располагали возможностью «всех посмотреть» или вернуться назад, а должны были просто в какой-то момент остановить выбор на наиболее подходящем, по их мнению, кандидате.
Как известно, лучшее — враг хорошего. Согласно математическому анализу, чтобы найти лучший пример, достаточно перебрать 37% вариантов. Так вот, как показал эксперимент, большинство людей в добром здравии и расположении духа не доходят до этой заветной цифры, принимая скоропалительные решения. Страдающие депрессией участники эксперимента, напротив, с решением не торопились, вдумчиво просматривали больше кандидатов и потому в итоге справлялись с задачей заметно лучше здоровых.
«Пациенты принимали качественно лучшие решения, поскольку они более склонны к анализу, осторожны, им сложнее принять решение — просто у них выше порог решительности, — объяснила мне соавтор исследования, доктор Беттина вон Хельверсен из университета Базеля. — Многие исследователи до нас доказывали, что депрессия плохо сказывается на когнитивных функциях. Однако это касается базовых функций вроде памяти и внимания. Наше исследование демонстрирует, что пациенты с депрессией на самом деле справляются лучше с последовательным принятием решений. Было бы точнее сказать, что депрессия влияет на то, как человек думает и принимает решение, но это влияние не обязательно негативно — все зависит от специфики конкретной задачи».
С одной стороны, вывод касается только задач, требующих последовательного принятия решений, и не распространяется на любые ситуации. С другой стороны, что есть вся жизнь, если не такое вот последовательное принятие решений? «В реальной жизни много важных ситуаций, аналогичных "задаче о секретаре", — пишет доктор вон Хельверсен. — Например, принятие предложения о работе (ведь часто работодатель ждет от нас решения раньше, чем мы получим ответы из других мест, в которые подали резюме), выбор партнера (ведь, однажды отказав, мы редко можем вернуться к этому же кандидату), покупка дома или даже поиск парковки поближе к входу.
Лично мне это исследование — прямо бальзам на душу, ведь оно оправдывает мою вечную нерешительность. Впрочем, мою радость несколько приглушила Виталина Бурова, врач-психиатр, психотерапевт, кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник Московского НИИ психиатрии. «Да, у людей с симптомами депрессии могут быть проблемы с выбором, и не только, — сказала она. — Мне понятно желание в плохом рассмотреть что-нибудь хорошее, но в данном случае это негуманно с медицинской точки зрения. Уж слишком много негативных сторон у депрессивного состояния, и даже если есть вот эта позитивная, она не компенсирует всего остального. На мой взгляд, данное исследование недостаточно валидно, а по моему субъективному опыту, люди без симптомов депрессии лучше справляются не только с выбором, но и с ответственностью за его последствия. Описана так называемая «когнитивная триада депрессии», включающая негативную оценку человеком своего прошлого опыта, настоящего момента и негативную проекцию в будущее. Человек с симптомами депрессии имеет определенные трудности с выбором, в том числе и из-за неуверенности в правильности принимаемого решения».
Поразительно, насколько иначе на это смотрит немецкая коллега доктора Буровой (не иначе диалог культур?). «Пациенты с депрессией более реалистично смотрят на себя (свою работу, привлекательность и т. д.) и на возможное развитие событий, — написала мне доктор вон Хельверсен. — Здоровые люди обычно склонны все это переоценивать. Также многочисленные исследования показывают, что с когнитивными задачами лучше справляются люди с депрессией средней тяжести. В частности, в 2009 году на эту тему была опубликована работа Эндрюса и Томсона "Светлая сторона грусти: депрессия как адаптация к анализу сложных проблем". Идея, что раз депрессия приводит к худшей концентрации, то она также снижает способность решать когнитивные задачи, мне кажется опасным обобщением. Ведь понимание истинных механизмов заболевания — это первый шаг в поиске терапии, которая сможет сделать больше, чем просто лечение симптомов».
Последнее и самое поэтическое оправдание депрессии состоит в том, что «страданиями душа совершенствуется». И это, кстати, больше, чем забавная цитата из Горина. «Любой психотерапевт вам скажет, что депрессия облагораживает, — заметила мне участник проекта «Сноб» Анна Варга. — В депрессии человек становится более моральным. Это особенно четко видно на примере маниакально-депрессивного психоза: в маниакальной фазе человек бессердечен и жесток, а в депрессивной — чувствителен и сострадателен».
И конечно, не забываем про это утонченное удовольствие — пострадать. Словом, у депрессии действительно обнаруживается немало плюсов. Тут только важно не путать божий дар с яичницей: одно дело — наблюдения ученых, другое — опыт врачей, третье — мои отношения с собственными перепадами настроения. Я, может, и становлюсь лучше в моральном и когнитивном смысле во дни печали, но развеселые маниакальные фазы гораздо приятнее. Так что все вышесказанное, конечно, утешает, но депрессию как недуг нисколько в моих глазах не оправдывает.
http://www.snob.ru/selected/entry/35193
В их эксперименте страдающие клинической депрессией и здоровые люди общим числом чуть более полусотни играли в кадровиков. Это так называемая secretary problem («задача о секретаре»): каждый участник должен был просматривать одного за другим кандидатов на некую воображаемую должность и стараться выбрать лучшего. При этом они не располагали возможностью «всех посмотреть» или вернуться назад, а должны были просто в какой-то момент остановить выбор на наиболее подходящем, по их мнению, кандидате.
Как известно, лучшее — враг хорошего. Согласно математическому анализу, чтобы найти лучший пример, достаточно перебрать 37% вариантов. Так вот, как показал эксперимент, большинство людей в добром здравии и расположении духа не доходят до этой заветной цифры, принимая скоропалительные решения. Страдающие депрессией участники эксперимента, напротив, с решением не торопились, вдумчиво просматривали больше кандидатов и потому в итоге справлялись с задачей заметно лучше здоровых.
«Пациенты принимали качественно лучшие решения, поскольку они более склонны к анализу, осторожны, им сложнее принять решение — просто у них выше порог решительности, — объяснила мне соавтор исследования, доктор Беттина вон Хельверсен из университета Базеля. — Многие исследователи до нас доказывали, что депрессия плохо сказывается на когнитивных функциях. Однако это касается базовых функций вроде памяти и внимания. Наше исследование демонстрирует, что пациенты с депрессией на самом деле справляются лучше с последовательным принятием решений. Было бы точнее сказать, что депрессия влияет на то, как человек думает и принимает решение, но это влияние не обязательно негативно — все зависит от специфики конкретной задачи».
С одной стороны, вывод касается только задач, требующих последовательного принятия решений, и не распространяется на любые ситуации. С другой стороны, что есть вся жизнь, если не такое вот последовательное принятие решений? «В реальной жизни много важных ситуаций, аналогичных "задаче о секретаре", — пишет доктор вон Хельверсен. — Например, принятие предложения о работе (ведь часто работодатель ждет от нас решения раньше, чем мы получим ответы из других мест, в которые подали резюме), выбор партнера (ведь, однажды отказав, мы редко можем вернуться к этому же кандидату), покупка дома или даже поиск парковки поближе к входу.
Лично мне это исследование — прямо бальзам на душу, ведь оно оправдывает мою вечную нерешительность. Впрочем, мою радость несколько приглушила Виталина Бурова, врач-психиатр, психотерапевт, кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник Московского НИИ психиатрии. «Да, у людей с симптомами депрессии могут быть проблемы с выбором, и не только, — сказала она. — Мне понятно желание в плохом рассмотреть что-нибудь хорошее, но в данном случае это негуманно с медицинской точки зрения. Уж слишком много негативных сторон у депрессивного состояния, и даже если есть вот эта позитивная, она не компенсирует всего остального. На мой взгляд, данное исследование недостаточно валидно, а по моему субъективному опыту, люди без симптомов депрессии лучше справляются не только с выбором, но и с ответственностью за его последствия. Описана так называемая «когнитивная триада депрессии», включающая негативную оценку человеком своего прошлого опыта, настоящего момента и негативную проекцию в будущее. Человек с симптомами депрессии имеет определенные трудности с выбором, в том числе и из-за неуверенности в правильности принимаемого решения».
Поразительно, насколько иначе на это смотрит немецкая коллега доктора Буровой (не иначе диалог культур?). «Пациенты с депрессией более реалистично смотрят на себя (свою работу, привлекательность и т. д.) и на возможное развитие событий, — написала мне доктор вон Хельверсен. — Здоровые люди обычно склонны все это переоценивать. Также многочисленные исследования показывают, что с когнитивными задачами лучше справляются люди с депрессией средней тяжести. В частности, в 2009 году на эту тему была опубликована работа Эндрюса и Томсона "Светлая сторона грусти: депрессия как адаптация к анализу сложных проблем". Идея, что раз депрессия приводит к худшей концентрации, то она также снижает способность решать когнитивные задачи, мне кажется опасным обобщением. Ведь понимание истинных механизмов заболевания — это первый шаг в поиске терапии, которая сможет сделать больше, чем просто лечение симптомов».
Последнее и самое поэтическое оправдание депрессии состоит в том, что «страданиями душа совершенствуется». И это, кстати, больше, чем забавная цитата из Горина. «Любой психотерапевт вам скажет, что депрессия облагораживает, — заметила мне участник проекта «Сноб» Анна Варга. — В депрессии человек становится более моральным. Это особенно четко видно на примере маниакально-депрессивного психоза: в маниакальной фазе человек бессердечен и жесток, а в депрессивной — чувствителен и сострадателен».
И конечно, не забываем про это утонченное удовольствие — пострадать. Словом, у депрессии действительно обнаруживается немало плюсов. Тут только важно не путать божий дар с яичницей: одно дело — наблюдения ученых, другое — опыт врачей, третье — мои отношения с собственными перепадами настроения. Я, может, и становлюсь лучше в моральном и когнитивном смысле во дни печали, но развеселые маниакальные фазы гораздо приятнее. Так что все вышесказанное, конечно, утешает, но депрессию как недуг нисколько в моих глазах не оправдывает.
http://www.snob.ru/selected/entry/35193
